117-я куйбышевская стрелковая дивизия 1-го формирования

ПЕРВЫЕ.

НА ЧЕТЫРЁХ ФРОНТАХ

окопная хроника боевого пути 117 сд

      
                                                         НОВАЯ ВЕРСИЯ САЙТА -      117sd.wmsite.ru                             
                           


В данном разделе новостей нет.
НОВАЯ ВЕРСИЯ САЙТА -      117sd.wmsite.ru

13.1. В районе Золотоноши и Пирятина.

 

Вспоминает бывший зам.командующего ВВС ЮЗФ полковник Скрипко Николай Семёнович:

…К вечеру 16 сентября все самолеты, как исправные, так и неисправные, но способные взлететь, перебазировались из района окружения на запасные аэродромы, расположенные вне кольца. Чтобы проверить организацию отправки людей по воздуху, к наступлению сумерек я приехал на аэродром Гребенка.

     Ночного старта и средств радиосвязи не было. Находившийся на летном поле командир авиабазы доложил, что согласно распоряжению, полученному из штаба ВВС фронта, аэродром он заминировал, применив для этого фугасные авиабомбы, и что при возникновении реальной угрозы прорыва гитлеровцев готов уничтожить все важные объекты.

     Еще не успели выложить линию костров ночного старта, как на аэродром произвел посадку самолет-бомбардировщик СБ. На нем прибыл из штаба Юго-Западного направления генерал-майор И. X. Баграмян со срочным заданием к командующему фронтом. Поскольку самолет СБ возвращался на свой аэродром без генерала, я воспользовался этим и отправил несколько летчиков-истребителей, разместившихся в кабинах экипажа и в бомбоотсеке….

 



Из воспоминаний маршала Баграмяна Ивана Христофоровича:

...Из-за непогоды мы смогли вылететь лишь на следующий день – 17 сентября 1941 года. Меня усадили в прозрачной башне стрелка-радиста, откуда открывается широкий обзор. Нас сопровождают два истребителя. Проводив через линию фронта, они повернули назад. И тотчас над горизонтом появились черные точки. Летчик не стал сворачивать и на предельной скорости вел самолет на запад. Нам повезло. Мы проскочили сквозь заслон вражеских истребителей. Вот и аэродром Гребенка — пункт назначения. Встретили нас негостеприимно. С земли ударили зенитки. Огонь они прекратили лишь после серии сигнальных ракет, означавших "я — свой". Экипаж благополучно посадил самолет. Выбрались на землю. Видим, к нам изо всей мочи бежит человек. 

 

— Что вы наделали! — закричал он еще издали. Подбежав, капитан с голубыми петлицами с трудом перевел дыхание.

 

— Что вы наделали?! Аэродром-то ведь заминирован!

 

     Нам оставалось лишь радоваться, что он был плохо заминирован. Капитан оказался командиром батальона аэродромного обслуживания. Я попросил у него машину, чтобы добраться до штаба фронта. Нас обступили командиры и красноармейцы. Их молодые, обветренные лица выражали крайнее удивление: откуда и зачем прилетел генерал на их аэродром. (Это была одна из многочисленных фронтовых встреч, и я, конечно, никого не запомнил из своих собеседников на аэродроме. Но после опубликования моей книги "Город-воин на Днепре" среди откликнувшихся на нее читателей оказался кавалер многих боевых орденов старший лейтенант запаса Анатолий Федорович Майков. В своем письме он напомнил об этой встрече).

     Меня засыпали вопросами:

 

— Товарищ генерал, правда, что мы окружены?

 

— Что будем делать — отходить или драться?

 

      Чувствовалось, что люди угнетены неясностью обстановки, но не страхом. Выглядели они спокойными, задорно подтрунивали друг над другом, острили удачно и неудачно, одним словом, вели себя так, как обычно ведут себя молодые люди, когда их собралось много.

     Я попытался коротко ответить на их вопросы. Объяснил им, что наше высшее командование хорошо осведомлено о положении фронта и принимает все меры, чтобы помочь нам.

     Вскоре подкатила машина. Я тепло попрощался со своими собеседниками. Не без труда разыскал штаб фронта, разместившийся в селе на хуторе Верхояровка, севернее Пирятина. Генерал Тупиков сцапал меня в объятия.

 

— А! Наш блудный сын наконец-то вернулся!

 

     Глядя на его осунувшееся лицо, глубоко запавшие, но по-прежнему живые глаза, я подумал, как хорошо, что с этим умным и сердечным человеком мы так крепко сдружились.

     Тупиков поведал о своей беде. Когда Ставка запретила отвод войск, он решил послать подробное донесение о состоянии фронта с выводом, что удерживать Киев дальше нельзя. Кирпонос отказался подписывать эту телеграмму. Она пошла в Москву за подписью начальника штаба фронта. На следующий день из Генштаба пришел ответ. Тупиков обвинялся в паникерстве, в необъективной оценке событий. Он все еще сильно переживал по этому поводу. Когда я ознакомил его с новым приказом главкома, Тупиков воспрянул духом:

 

— Значит, я прав! — И заторопился. — Едем к командующему! Нужно спешить. Если мы будем медлить, кольцо окружения станет таким прочным, что его уже будет не разорвать.

 

     Командование фронта расположилось в роще в нескольких километрах от штаба. Мы отправились туда на машине. В пути генерал Тупиков рассказал мне, почему они не смогли перенести командный пункт фронта в Киев. Вражеские соединения, прорвавшиеся в стыке 5-й и 37-й армий в районе Кобыжча, перехватили дороги. Посланные вперед подразделения полка связи погибли. Пришлось командный пункт вместо Киева перенести сюда, в Пирятин.

     Добирались мы очень долго. Дорога была сплошь забита машинами, обозами, передвигавшимися колоннами тыловых частей и учреждений.

     У генерала Кирпоноса мы застали Бурмистенко и Рыкова. Я доложил о распоряжении главкома. Кирпонос долго сидел задумавшись.

 

— Михаил Петрович, — не выдержал Тупиков, — это приказание настолько соответствует обстановке, что нет никакого основания для колебаний. Разрешите заготовить распоряжение войскам?

 

— Вы привезли письменное распоряжение на отход? — не отвечая ему, спросил меня командующий.

 

— Нет, маршал приказал передать устно.

 

     Кирпонос, насупив густые брови, зашагал по комнате. Потом сказал:

 

 — Я ничего не могу предпринять, пока не получу документ. Вопрос слишком серьезный. — И хлопнул ладонью по столу: — Все! На этом закончим.

 

Наступило молчание. Тупиков хотел что-то сказать, но Кирпонос перебил его:

 

— Василий Иванович! Подготовьте радиограмму в Ставку. Сообщите о распоряжении главкома и запросите, как поступить нам.



      После ухода частей 117 сд город Прилуки был занят немецкой моторизован­ной дивизией СС "Райх". В районе Прилук соединились силы 2 танковой  группы и 2-й немецкой армии.

     Ещё вечером 15.09.1941г  7 мсд 21 армии под командованием полковника Герасимова Александра Васильевича (20.07.1940 по 22.09.1941) полностью потеряла связь с командованием 21 армии.  Из-за отсутствия связи и неясностью обстановки на её фронте Военным Советом 5 армии генерал-майора Потапова с 16.09.1941г дивизия была подчинена 5 армии. Ей была поставлена задача оборонять ПРИЛУКИ, прикрывая при этом направление со стороны ИЧНЯ, МОНАСТЫРИЩЕ. Один батальон дивизии был выброшен автотранспортом на рубеж ТУРОВКА, СЕРГЕЕВКА, КРУТОЯРОВКА.

     Погода была пасмурная, с утра 16.9 шёл мелкий дождь, дороги сильно разбиты, в узких местах и населённых пунктах создавались мелкие пробки.

                     /из оперсводки №159 к 17.00  16.09.1941г Штаб 5 армии/.



                             Оперативная сводка №159 к 05.00 17.09.1941  . Штаб 5 армии.

 

      7 мсд ведёт уличные бои  в ПРИЛУКИ, имея перед собой до двух пп с 30 тяжёлыми танками противника. Мосты через реку УДАЙ севернее ПРИЛУКИ взорваны.

     1 птбр, имея в своём составе 7 орудий, ведёт бой отдельными орудиями на фронте 7 мсд в районе ПРИЛУКИ.

     Погода пасмурная с небольшими прояснениями, дороги разбиты и в некоторых местах создаются пробки.



     Весь день 17 сентября по узкому коридору обстреливаемые противником части 117 сд отходили к Пирятину, а от Пирятина на юг двигались тылы дивизии.

 

Вспоминает бывший командир саперной роты 240 сп мл.политрук Наумов Степан Кузьмич:

…Состояние наше было критическое. Мы с большим трудом, без сна, усталые по узкому коридору продолжали отходить в сторону Пирятина….

 

Вспоминает бывший командир 9 роты 275 сп мл.лейтенант Леженин Федор Иванович:

…Был и такой случай однажды. Шли по убранному полю хлеба, ходило много коней, сейчас приобретут коня и будут ехать на коне, лучше, чем пешком, и побежали к лошадям. Откуда ни возьмись из-за коней цыгане. Как зашумели, заплакали и бегут не к своим лошадям, а ко мне, просят, чтобы я не разрешил брать коней, кони бы­ли спутаны.      Я всем приказал отдать лошадей, все вернули, но один был ухач Попов, так ускакал, не вернул лошади. Они так были замаскированы, мы их не заметили, что там находится ихний табор, мужчин не было, одни женщины и ребятишки. Вот такие случаи были на войне. Цыган тоже не обошла война….



 О том, что происходило в Пирятине и в близлежайших сёлах, рассказывает командир огневого взвода 5 батареи 2 дивизиона 231 корпусного артполка 15 ск 5 армии лейтенант Василий Степанович Петров в своей книге "Прошлое с нами".


     Отступая от Пирятина, 17 сентября тылы 275 сп, редакция дивизионной га­зеты, штаб артиллерии, тылы 707 гап, эвакуационно-транспортный взвод 173 мсб, ППС 405 и другие подразделения 2-х эшелонов дивизии достигли Золотоноши, но дальше на юг, к Днепру, путь был отрезан немцами. Днем район Золотоноши начали окружать прорвавшиеся сюда танковые соединения 1 танковой груп­пы немцев.

 

Вспоминает бывший связист ППС 405 красноармеец Макеев Андрей Иванович:

…Наша полевая почта находилась на подводах. Отступая, мы доехали до станции Гребенка и там получили приказ двигаться на Черкассы, сдать всю почту, а оттуда, кто как знает. Когда заехали в Золотоношу, нам сказали, что в Чер­кассах и в Киеве немцы. В это время нас из миномета обстреляли, и меня рани­ло в левую ногу….

 

Из допроса ст.военфельдшера Череватова Сергея Павловича, командира санроты 275 сп 117 сд:

…Будучи в 275 сп 117 сд и находясь на передовой линии фронта, во время наступления немцев в районе села Деньги 17.09.41г, был ранен и оставлен на поле боя. Через 5 дней был подобран местными жителями, и ушел в г.Золотоноша, лежал на лечении в больнице 50 дней. Выписан и направлен в лагерь военнопленных г.Золотоноша. В лагере был 25 дней , затем, как фельдшер, был направлен в госпиталь военнопленных в г.Градиск – работал там по 18.05.42г, потом был выпущен , и ушёл в село В-Хутор врачом, где был по 13.08.43г. Затем ушел в партизанский отряд, арестовывался Гестапо за активное участие в партизанском движении…

 

Деньги (укр. Деньги)  — село в Золотоношском районе Черкасской области, Украины.

Село расположено на реке Крапивная за 12 км от районного центра — города Золотоноша и 10 км от железнодорожной станции Золотоноша Одесской железной дороги.

 

Вспоминает бывший военфельдшер эвакуационно-транспортного взвода 173 мсб ст.военфельдшер Волкова Александра Егоровна:

…Это было числа 18.9.41г. Мы ехали ночью, шофера писали маршрут вкратце, и мы потерялись, 6 машин из МСБ. Мы приехали в г.Золотоноша, а остальные все уехали. Деревня Золотоноша, это мы после узнали. В Золотоноше мы попали в окружение….

 

Вспоминает бывший заместитель начальника штаба 275 сп по тылу ст.полит­рук Стрельцов Василий Григорьевич:

…Возле Золотоноши фашистские танки в упор стали расстреливать на­ши тыловые машины, оставшиеся в живых, бросились в разные стороны. Со мной побе­жали в укрытие два офицера тыла….

 

Вспоминает бывший старшина 9 батареи 707 гап старшина Воронов Василий Дмитриевич:

…Во время отступления в одном месте было большое скопление транспорта и людей, в основном хозяйственное. Налетела немецкая авиация и с бреющего полета расстреливала наш транспорт, где сгорела и наша машина с кухней. После этого мы двигались, как попало пешком….

 

Вспоминает бывший военфельдшер 3 дивизиона 707 гап Самохвалов Василий Григорьевич:

…17 сентября мы узнали, что попали в окружение.   В боях в окружении, в целях прорыва, в районе г.Пирятино, с.Золотоноши и с.Оржица я вынес с поля боя с оружием в менее опасное место и оказал медпомощь более 70-ти бойцам и командирам….

 

Вспоминает бывший шофер эвакуационно-транспортного взвода 173 мсб крас­ноармеец Трыков Федор Андреевич:

…форсировали реки Сож и Десну, где-то примерно в этих местах нашу часть всю разбил, взяв в кольцо, весь санбат оказался в плену, видимо много бы­ло тяжело раненных. Вот с 17/1Х- 41г. я и многие тысячи воинов попали в плен….

 

     К вечеру кольцо окружения вокруг Золотоноши замкнулось. Та часть наших войск, которая вырвалась из кольца, преследуемая танками врага, отходи­ла в направление Оржицы, т.к. путь на восток был отрезан.

 

Вспоминает бывший красноармеец 240 обс Першин Василий Фомич:

…днем в сентябре в районе Прилук, Золотоноши, мы на своих машинах, а также другие ма­шины 2-х эшелонов, оказались отрезанными от передовых частей. Но здесь местность была ровная, твердая и, минуя дороги, полем на риск, через огонь, обстрел, выско­чили, но не все, много машин также подбило, сгорели….

 

 Вспоминает бывший врач ППМ 707 гап Рождественский Орест Георгиевич:

…Золотоноша памятна тем, что здесь мы оставили бортовую машину, т.к. шофер сжег сцепление. Он был по национальности немцем, хотя всю жизнь прожил в Грузии. Вскоре он перебежал к немцам. После Золотоноши нас стали преследовать танковые десанты врага….

 

Вспоминает бывший начальник штаба 321 озад лейтенант Рохманюк Михаил Дмитриевич:

…17 сентября в районе Яготина были уже немцы. Мы повернули на Золотоношу, но дальше окраины не прошли.

     Отдельные группы наших бойцов упорно продолжали попытки прорваться на восток, но они оказались тщетными….

 

Вспоминает бывший наборщик типографии дивизионной газеты "Ворошиловский стрелок" красноармеец Трушин Георгий Павлович:

…Когда нас окружили, мы еще на машинах ездили, искали, может быть, где можно прорваться. Все это было бес­полезно…Холопов Алексей погиб, лейтенант, о его гибели сказал мне лейтенант Хайкин, который был начальником агитмашины. Это он мне сказал, когда мы были в окружение в районе Оржицы….

 

По данным сайта ОБД: политрук Хайкин Лев Ханонович, начальник клубной машины 117 сд, 1913г. Пропал без вести в сентябре 1941г. Жена – Рассолова Мария Владимировна, г.Куйбышев, ул.Самарская 143, кв.1.

 

     В район Оржицы между тем отходил тыл дивизии.

 

Вспоминает бывший начальник 5 отделения штаба 117 сд майор Долгошеев Афанасий Яковлевич:

…В Оржицу ехали долго. Никто не обстреливал и не задерживал. Никто не спра­шивал, куда мы едем. Это было странно и тревожно….

 

Из воспоминаний  генерал-полковника Глебова И.С., бывшего заместителя начальника опер/отдела штаба ЮЗФ:

…17 сентября ночью Военный совет и штаб юго-западного направления выехали в Харьков. Главком С.К.Тимошенко оставил меня вместе с генералом для особых поручений П.В.Котелковым в Ахтырке с задачей: собирать сведения об обстановке и принимать на месте решения, смотря по обстоятельствам. Генерал Котелков остался в Ахтырке, а я 18 сентября выехал к фронту….



     Вечером 17.09.1941г  в Москву было отправлено следующее донесение.

 

                                                                       Донесение

                                 командующего войсками Юго-Западного фронта № 15788

                            Верховному Главнокомандующему о выводе войск фронта на р. Псел

                                                                17 сентября 1941 г.

Особо важная

Копия:          

Товарищу Сталину, лично

Главкому ЮЗН товарищу Тимошенко

 

           Главком Тимошенко через зам. нач. штаба фронта передал устное указание: основная задача – вывод армий фронта на р. Псел с разгромом подвижных групп пр-ка направлениях Ромны, Дубны. Оставить минимум сил для прикрытия Днепра и Киева.

           Письменные директивы Главкома совершенно не дают указаний об отходе на р. Псел и разрешают взять из Киевского УР только часть сил. Налицо противоречие, что выполнять? Считаю, что вывод войск фронта на р. Псел правилен на том условии необходимо оставить полностью КИУР, Киев и р. Днепр.

           Срочно просим Ваших указаний.

 

                                     Кирпонос, Бурмистенко, Рыков, Баграмян

Ф. 251, оп. 646, д. 483, л. 325.

 

                      ПЕРЕГОВОРЫ 17.09.1941г. Котелков – Покровский.

 

- Так, у аппарата КОТЕЛКОВ. Кто говорит?

- У аппарата ПОКРОВСКИЙ. Сейчас вам передана шифром та радиограмма, которую КИРПОНОС направил в МОСКВУ. Прошу её срочно доложить Главкому. Одновременно передать, что, в связи с тем, что радиограмма адресована на имя тов.СТАЛИНА, а не ШАПОШНИКОВА, я задержал временно ответ Главкома, который он мне передал по аппарату. Возможно, Главком сочтёт нужным изменить что-либо в ответе. Прошу вас немедленно мне сообщить. Вторая просьба к вам. Если имеете связь с БЕЛОВЫМ, то передайте ему, что подразделение КАМКОВА(генерал-майор Камков Фёдор Васильевич, командир кавкорпуса 26 армии – прим.) для смены его 96-го полка подойдёт СОРОЧИНЦЫ 18-го числа.

- Радиограмма, адресованная на имя тов.СТАЛИНА, по своему содержанию похожа на жалобу.

- Товарищ ПОКРОВСКИЙ, содержание шифровки КИРПОНОСА новое что ли? Или то, что было нам сообщено?


     Не дожидаясь ответной радиограммы Генштаба, Кирпоносом всё-таки было принято решение на отвод войск фронта.

     Посоветовавшись с Тупиковым, Бурмистенко и Рыковым, командующий приказал поставить армиям следующие задачи: 21-й — к утру 18 сентября сосредоточиться на рубеже Брагинцы, Гнединцы (юго-восточнее Прилук) и главными силами нанести удар на Ромны, навстречу 2-му кавалерийскому корпусу; 5-й — частью сил прикрыть отход 21-й армии с запада, а остальными нанести удар на Лохвицу; 26-й, — создав ударный кулак из двух дивизий, наступать на Лубны; 37-й — вывести войска из Киевского укрепрайона на левый берег Днепра, создать из них ударную группу и прорываться на Пирятин и далее на восток, составляя арьергард сил фронта; 40-й и 38-й — ударить с востока навстречу главным силам фронта в направлениях на Ромны и Лубны. 

     С большими трудностями из-за плохой связи решение Командующего ЮЗФ было доведено до штабов 5, 26 и 40 армий. Однако со штабами 21 и 37 армий связи не было даже по радио. Чуть позже штаб 37 армии удалось известить о необходимости пробиваться на восток через штаб Главкома ЮЗН.

     Около 5 часов вечера 17 сентября 1941г в Штаб 21 армии с приказом об отводе войск армии был направлен заместитель начальника оперативного отдела Штаба ЮЗФ полковник Захватаев Никанор Дмитриевич. Он должен был вручить приказ Командарму-21 генерал-лейтенанту Кузнецову и далее лично со Штармом выходить из окружения.

 

     По данным на 16.00 17.09.1941г штаб 21 армии должен был находиться в с.Кроты. Плохие дороги, размытые дождями за последние дни и разбитые автотранспортом, помешали полковнику Захватаеву быстро добраться до Штарма-21. Забитость дорог тылами 5 и 21 армий позволила ему только к 20.00 прибыть в Кроты, но штаба 21 армии там уже не было – он был атакован авиацией, танками и мотопехотой противника и выехал в Пирятин.

     В районе Гурбинцы полковник Захватаев столкнулся с административно-хозяйственной частью штаба ЮЗФ. Под командованием Кобякова обозы направлялись на переправу в Макеевку для последующего выхода в район Антоновки. АХЧ Штаба ЮЗФ была направлена Захватаевым из Гурбинцы на Пирятинские переправы с задачей выйти к Усовке /из доклада о выходе из окружения войск ЮЗФ генерал-майора Баграмяна И.Х./. 


     В этот день немецкие войска уже начали операции по окружению и уничтожению войск 21 армии на восточном берегу реки Удай. 3-я тд  немцев начала наступать вдоль берега реки на север. У села Антоновка путь немецким танкам преградили орудия 3 дивизиона 707 гап. Оставшись без горючего, имея считанные снаряды, артиллеристы развернули орудия на южной окраине села для стрельбы прямой наводкой. Отступать им было некуда, бой был последний. Никто не шел в укрытия. Время измерялось числом подбитых и сгоревших танков врага. Смерть принимали здесь же возле гаубиц. Бронированные машины врага то наступали, то отходили, оставляя на дороге горящие костры, осыпая яростным огнем из пушек позиции артиллеристов. Свернуть у села Антоновки немцам было некуда.

     Так продолжалось весь день. И только к вечеру, когда иссякли последние снаряды, немецкие танки смогли, наконец, ворваться в Антоновку…



Вспоминает бывший командир огневого взвода 9 батареи 707 гап лейтенант Вяткин Александр Андреевич:

…17 сентября в деревне Антоновка Черниговской области мы вели огонь по танкам и мотовойскам противника, движущимся на Антоновку с юга. Это был по­следний бой, упорный, в течение дня. Потом танковые соединения противника вывели из строя наши последние орудия и отрезали нам пути отхода. Около 17 часов меня и еще пятерых из нашей батареи немцы забрали в плен….

 

     Там же в Гурбинцы полковник Захватаев встретил Штаб 66 ск, который сориентировал о задаче 21 армии по приказу Командующего фронтом.

     Наконец, к 23.00 в Калиновом Мосту Захватаев настиг Штарм-21 и вручил приказ Комфронта генерал-полковника Кирпоноса Командарму-21 /из доклада о выходе из окружения войск ЮЗФ генерал-майора Баграмяна И.Х./.   

          Обстановка ко времени получения приказа была следующая: кавгруппа и 2 вдк вели бои в районе Срибное и Олексенцы; 67 ск – Олексенцы, Переволочка, Оршна; 28 ск под давлением превосходящих сил противника стремительно отходил на юг от Прилуки; 66 ск – группами выходил из окружения из района Мал.Девица, Заезд. Армия из личного состава уже практически полностью потеряла 266, 75 и 232 сд 66 ск; 28 ск потерял 117, 187 сд и 219 мсд; 67 ск – 24, 42 и 277 сд, в которых оставались только группы по 100-120 человек. Наиболее полноценными дивизиями были 55 сд(1100 – 1300 человек), а так же переданная в состав 21 армии 7 мсд, имеющая 3000 штыков.

          К этому времени Командующий 21 армией генерал-лейтенант Кузнецов уже принял самостоятельное решение о выходе войск 21 армии в общем направлении южнее Ромны. 

     Тщательно анализируя обстановку, генерал-лейтенант Кузнецов неоднократно настоятельно требовал принятия принципиального решения со стороны Штаба Юго-Западного фронта, что отражалось им в документах, посланных в Генштаб. Его предложения сводились из обстоятельств, что армия постепенно таяла, в ней оставалось незначительное количество штыков и матчасти, а противостоящие силы немцев продолжали нарастать. Командарм-21 предлагал повернуть армию фронтом на восток и пятиться к Киеву с целью сокращения фронта и объединения усилий 5 и 21 армий для защиты Киевского плацдарма и, при благоприятных условия прорыва, вывода армии на восток. Другой вариант – немедленный поворот на восток и вывод сохранившихся частей на рубеж Ровны- Лубны. Но оба эти предложения не были реализованы, по-видимому, из тех соображений, что 37 и 26 армии были устойчивы на своих рубежах, а противостоящие силы противника оценивались нереально /из доклада генерал-лейтенанта Кузнецова о выходе 21 армии из окружения/.

 

     В итоге ставилась задача на  18.09.41 выйти главным силам армии на рубеж Карпиловка, Варва. Эта задача была доведена до командиров корпусов: 67 ск – комбриг Жмаченко, 66 ск – генерал-майор Рубцов, 28 ск - ???

     Были отданы распоряжения кавгруппе и 2 вдк сосредоточиться к 08.00 18.09.1941г в районе Харитовка, Званцы с задачей обеспечения левого фланга армии; 67 ск – Савинцы, Горобеевка; 28 ск и остатки 66 ск – Брагинцы, Озеряне. Распоряжения были отданы по радио и офицерами связи. Убедившись, что частями распоряжения были приняты, Штармом-21 был составлен план вывода армии на рубеж р.Псел и передан представителю Штаба ЮЗФ полковнику Захватаеву /из доклада генерал-лейтенанта Кузнецова о выходе 21 армии из окружения/.  

          Решения командиров корпусов на выход Штарм-21 не получил, за исключением решения комкора-66 генерал-майора Рубцова. Он решил боевой состав корпуса в числе до 500 человек выводить через Пирятинские переправы и далее рокироваться на север в район Озеряны /из доклада о выходе из окружения войск ЮЗФ генерал-майора Баграмяна И.Х./.  

     Кавгруппа под командованием комбрига Борисова в составе 32, 47 и 43 кд к моменту окружения входила в состав 21 армии, причем, части 43 кд, имея самостоятельную задачу, находились до 10.09.41 отдельно.

     В районе Пирятин, Майорщина 18.09.41г  офицер связи при штабе 21 армии капитан Ефремов прибыл из штарма-21 с указанием, что группа вышла из подчинения армии и подчиняется непосредственно штабу фронта. Одновременно помначсвязи армии передал, что частям 21 армии даются указания о движении армии через Марьяновка на Белоусовка и далее на восток с целью выхода из окружения /из доклада комбрига Борисова о выводе кавгруппы из окружения/.

       В свою очередь, штаб армии Командарм-21 решил выводить в конном строю. Предполагалось перейти вброд речку Удай, а весь автотранспорт , радиостанции и обоз Штарма-21 направить через мосты у Пирятина и далее по восточному берегу реки Удай на Озеряны /из доклада о выходе из окружения войск ЮЗФ генерал-майора Баграмяна И.Х./.  

     По приказу Командарма-21 Кузнецова части 66 ск и штаба 21 армии, теснимые с юго-запада танками врага, начали пробиваться на северо-восток в направлении  Озеряны. Их отход был прикрыт с запада соединениями 67 ск, продолжавшими стойко удерживать оборону по восточному берегу реки Удай. 67 ск так и не оставил своих позиций без приказа.

   

 

Вспоминает бывший начальник штаба 117 сд капитан Обушенко Иван Федото­вич:

…Мне всего-всего пришлось пережить не далеко от г.Пирятина, точнее 10-15 км восточнее Пирятина. Там против­ник отрезал все части, соединения и объединения по реке, а берег в ту сторону, куда нам нужно отходить сплошной не проходимый. Я многих начальников больших даже обнаружил, где они погибли, конечно, не один, точнее группа во главе со мной….

 

Из воспоминаний бывшего начальника Оперативного Управления штаба Ю3Ф

генерал-майора Баграмяна Ивана Христофорови#fMsoNoSpacingfffffча ("Так начиналась война" М-1971г.  стр.344-345):

…21 армии (была поставлена задача) к утру 18 сентября сосредоточиться на рубеже Брагинцы-Гнединцы, и главными силами нанести удар на Ромны навстре­чу 2-му кавалерийскому корпусу. Командующий 21 армией без промедления по­ставил задачи своим корпусам... Они должны были прорываться на восток, держа направление между Ромнами и Лохвицей. Кузнецов вместе со штабом ар­мии решил следовnbsp;ать в конном строю вслед за 66 стрелковым корпусом…

 

Вспоминает бывший политрук штабной роты 240 обс мл.политрук Павлов Вла­димир Иванович:

…Дивизия отходила с тяжелыми боями в направление Пирятина. 17 сентября под местечком Лохвица меня ранило, и я попал в госпиталь….



                       ПЕРЕГОВОРЫ  22.45  17.09.1941. Телефонограмма №2.

 

- Противник, не встречая сопротивления, продолжает движение на ПИРЯТИН с востока и севро-запада. Второе. Решено пробиться на ЛОХВИЦА, ГАДЯЧ. Группа ВВР идёт вдоль северного берега УДОЙ, ШКУРИН. Датировано 17/9 41  22.45. Всё.


     Поздно вечером  17 сентября последовала ответная Директива начальника Генштаба маршала Шапошникова, разрешающая оставить Киевский УР.  


                                                                         Директива

                                       Ставки Верховного Главнокомандования № 002087

                     на оставление Киевского укрепленного района и г. Киев с занятием обороны 

                                   по восточному берегу р. Днепр 17 сентября 1941 г.  23.40

 

Особой важности

Главкому Юго-3ападного направления

Командующему Юго-Западным фронтом

Командующему 37 армией

 

           В связи со сложившейся обстановкой на восточном берегу реки Днепр в районе Киев, Ставка Главного Командования разрешает оставить Киевский УР и город Киев и отойти на восточный берег реки Днепр, приняв группировку по указанию командующего Юго-Западным фронтом.

           При отходе снять и эвакуировать все вооружение укрепленного района, что по обстановке невозможно вывести – уничтожить, все мосты через реку Днепр и другие военные объекты взорвать.

           Получение подтвердить.

 

                                      По поручению ставки Главного командования

                                                       нач. ГШКА Шапошников

ЦАМО. Ф. 48 а. Оп. 3408. Д. 4. Л. 225.

 

                          



 

Ф.Гальдер: 17 сентября 1941 года (среда), 88-й день войны. Об­становка на фронте:  соединения противника в кольце восточ­нее Киева безрезультатно пытаются прорвать окружение. На севере в результате глубокого прорыва 51-го армейского корпуса  соединения противника продолжают расчленяться во вне и внутрь кольца…

Обстановка вечером: на юге обстановка складывается очень хорошо. Воздействия противника на вне­шнем фронте окружения не наблюдается.



                                 ПЕРЕГОВОРЫ 18.09.1941. Котелков – Штромберг.

 

- Позовите ШТРОМБЕРГА (генерал-майор Штромберг Альберт Иванович, начальник опер/отдела ЮЗН – прим.). Скоро к аппарату. Вызывает КОТЕЛКОВ.

- Я здесь.

- Тов.ШТРОМБЕРГ, говорит КОТЕЛКОВ. Прошу передать товарищу ПОКРОВСКОМУ(генерал-майор Покровский Александр Петрович, начальник штаба ЮЗН – прим.) – шифровка, посланная КИРПОНОСОМ на имя товарища СТАЛИНА, получена и доложена хозяину. Ответ по данной шифровке хозяин дал лично товарищу ШАПОШНИКОВУ, так что надобность в ответе, которую должен был дать то.ПОКРОВСКИЙ, отпадает. Всё понятно-ли?



     В ночь на 18 сентября начал путь на восток Штаб Юго-Западного, фронта. Утром 18 сентября колонна машин штаба достигла северной окраины Пирятина.

     Штаб 117 сд все это время оставался на окраине Пирятина. Связи с коман­диром дивизии по-прежнему не было. Было только известно, что стрелковые пол­ки разрозненно отходят к Пирятину.

 

Из дневника командира 3 батареи 321 озад Годун Владимир Демидович:

…Идут бои с небывалым ожесточением. С правого фланга немцы все время угрожают окружением. Отходим в бешеных боях. Больше приходится стрелять по наземным, чем по воздушный целям. Но вера в победу не угасает. Не­сколько раз был недалеко от смерти. И в этих условиях нет покоя ни днем, ни ночью. Получил вчера (17.09.41г.) два письма сразу от  К....

  ...Кажется, сзади нас, в тылу, уже немцы. Ромны взяты, Кременчуг тоже. Кольцо замкнулось. Подходим к Пирятину. Основательный бой был в Половой и севернее Пирятна 30 км….

 

Вспоминает бывший начальник штаба 240 обс Костромитин С.Г.:  

…В двадцатых числах сентября штаб 117-й сд с группой связистов оказался на территории кирпичного завода в гор.Пирятин Полтавской области. Пути отхода на восток были отрезаны, т.к. Лубны и другие города были в руках немцев. Командира 117 сд подполковника Данилова при штабе не оказалось. Предпола­галось, что он находится где-то в частях. На розыски его были посланы офи­церы связи из строевых частей, прикомандированные к штабу….

 

     Рано утром в Пирятин прибыли остатки 707 гап. Артиллеристы расположились здесь же на северной окраине. Город находил­ся в окружении немецких войск. Все дороги были перекрыты противником. Свободной оставалась только дорога на Гребенки и далее на Оржицу.

 

Вспоминает бывший начальник штаба 117 сд капитан Обушенко Иван Федотович:

…Обстановка была критическая, но штаб оставался в г.Пирятине в районе Кир­пичного завода. …Недалеко от нас был артиллерийский полк, но у него уже сна ряды кончились….  

…Оставил я все машины у кирпичного завода в г.Пирятин. В это время вижу большую колонну добротных машин, легковых в основном. Это отходил по дороге в колонне штаб Юго-Западного Фронта по направ­лению деревни Куреньки. Я видел всех в машинах: генерал-полковника Кирпоноса, Членов Военного Совета, много генералов начальников разных управлений. Многие из проезжавших увидели меня и даже знали меня, в том числе на грузовых машинах, а сзади передвигались офицеры - резерв фронта…. 

…Образовалось огромное скопление машин в ближайших селах, т.к. все мосты через реку Удай были захвачены фашистскими тан­ками и пехотой на бронетранспортерах….

…И стали бомбить колонну около 10 самолетов противника. Ко мне в траншею, в яму у кирпичного завода вскочил полковник Баграмян. Я его знал еще до войны. Он в это время занимал должность в штабе Юго-Западного фронта начальника Оперативного отдела-управления.

   Он не знал, где противник. Я доложил, что в г.Лубны. Слева, мне телефонисты доложили, что в г.Ромны вошли передовые части противника….

…В Штаб дивизии под бомбежки на Кирпичном заводе не попадал. Пирятин в основном противник не бомбил. Он бомбил большущую длинную колонну машин штаба Юго-Западного фронта. Такое количество дорогих ма­шин легковых в основном я даже и в Москве не видал. 

   В Пирятине в двух помеще­ниях были два госпиталя. Там они и остались. Ушли врачи, а были оставлены по одному-два врача на госпиталь и медсестры, плюс женщины привлекались из местного населения ухаживать за раненными….

 

Вспоминает бывший красноармеец запасного полка 21 армии Панков Павел Михайлович:

…Приехали мы в Пирятин. Там было множество разных батальонов из разных частей: и артиллерия, и пешие, и конные. Улицы все были забиты и людьми и машинами, нельзя было ни пройти, ни проехать. Наша машина, на которой мы ехали, остановилась в саду на окраине. А по дороге из Киева ехали машины и шли люди, путь на Киев был занят немцами. Через некоторое время появились немецкие самолеты, начали бом­бить, затем снова повторили, смешалось все и люди и кони и машины, все горело, кричало, дымилось….

…Через некоторое время появились немецкие самолеты, начали бом­бить, затем снова повторили, смешалось все и люди и кони и машины, все горело, кричало, дымилось.

   На машине, где был командный состав, я приехал на станцию Гребенка. На этой станции мы ночевали….

 

     Рано утром в 04.00 18 сентября Штаб 21армии и Военный Совет во главе с генералами Кузнецовым, Гордовым и дивизионным комиссаром Колониным под прикрытием стрелковых подразделений  выехали по маршруту Калиновый мост, Каплинцы, свх Сталина, Богданы, Светличное, Озеряны. В составе колонны начитывалось до 120 человек, причём 60-70 из них были красноармейцы эскадрона охраны Штарма.

     Ночью марш протекал в полном благополучии. На некоторых участках пользовались проводниками из местных жителей.

     Утром и днём 18.09.41 конная группа Штарма шла вне дорог по балкам, тем самым оставаясь незамеченной противником. Примерно с 7-8 часов утра немцы обнаружили движение колонны Штаба 21 армии и в ряде пунктов в районе Белоцерковцы и на подходах в Дащенки неоднократно обстреляли огнём из пулемётов, автоматов и миномётов. Огонь не был прицельным, поэтому жертв не было. Шли медленно, с разведкой и осторожностью.

     В 15.00 после интенсивного обстрела Штарма при переходе из одной балки в другую , генерал-лейтенант Кузнецов решил дать передышку коням и задержаться до темноты в одной из балок в районе юго-восточнее Дащенки.

     Однако противник повёл разведку боем мотопехоты и в течение 2 часов здесь продолжался бой. В группе в результате боя был один убитый политрук. За весь день Штарм не имел связи со своими войсками и не знал, как проходит выход из окружения.

     После наступления темноты группа подготовилась к выходу из балки для дальнейшего движения на Озеряны. Противник на нескольких машинах пехотой окружил с двух сторон балку и, расставив пулемёты и автоматчиков, ракетами открыл выход конной группы. Под перекрёстным огнём группа начала на полных аллюрах выходить из балки.

     Военный Совет выехал из балки первым в голове конной группы.

     В этом бою у полковника Захватаева была подбита лошадь и дальнейший выход он делал пешком. На поле боя немцы делали обход цепью  и проездом на машинах, и часть бойцов и командиров из оставшихся на поле боя /без лошадей/  была пленена. В момент обхода полковник Захватаев  пролежал под пластами сжатой ржи вместе с командиром ОЗАД старшим лейтенантом Чаевым и одним красноармейцем из эскадрона охраны Штарма 21. Немцев было до 60-80 человек и все пьяные.

     При дальнейшем движении полковника Захватаева по маршруту Синяковщина, Хортица, Макушиха, Свиридовка, Луценки, Андреевка, Ростишевка, Гадяч – никаких данных о Штарме 21 и Военном Совете армии, а также о корпусах армии ему собрать не удалось /из доклада о выходе из окружения войск ЮЗФ генерал-майора Баграмяна И.Х./.   

     Оставив убитых и раненых, Штарм-21 вынужден  был группами выходить в район Озеряне. Преодолев все препятствия, 20.09.1941г генерал Кузнецов все же вывел группу своих войск из вражеского кольца в район Озеряне. Этому способствовал удар 2-го кавкорпуса генерала П. А. Белова, усиленного танковыми бригадами резерва Ставки. Кавалеристы и танкисты стремительно атаковали Ромны, где находился штаб Гудериана. Гудериан вспоминает, что он с верхнего этажа самого высокого здания города своими глазами видел атакующих — они были от него всего в 800 метрах. Нервы у фашистского генерала не выдержали, и он вместе со штабом перебрался  в Конотоп. В Озеряне, однако, войск армии не коазалось и, не имея средств для установления связи с войсками, Кузнецов вынужден был выходить на восток с группой командиров на Гадяч, куда прибыл 2 октября на участок 295 сд в районе Веприк /из доклада генерал-лейтенанта Кузнецова о выходе 21 армии из окружения/.

     Тем временем, комбриг Борисов, не найдя до ночи 18.09.41 ни штаба фронта, ни штаба армии решил провести группу по указанному направлению для других частей 21 армии и вывел ее на Белоусовку, отбросив с дороги незначительные части автоматчиков, выдвинувшихся из района Григоровка.

     В Белоусовке он  присоединил к себе находившуюся там 43 кавалерийскую дивизию с командиром дивизии полковником Селюковым Афанасием Ивановичем (всего около 300 сабель). Здесь вошел в подчинение 26 армии. От Военного совета 26 армии Борисов получил задачу оборонять Белоусовку до выхода стрелковых соединений на исходное положение для прорыва.

     В течение полутора суток контратаками кавгруппа Борисова отбрасывал противника от Белоусовки, уничтожив у противника 6 танков и до 400 человек пехоты. В этом бою потерял убитыми и раненными свыше 200 человек, в том числе командира 32 кд полковника Бацкалевича  /из доклада комбрига Борисова о выводе кавгруппы из окружения/. 


     Пока стрелковые дивизии и части охраны штаба Юго-Западного фронта про­бивали путь на восток через мост на реке Удай, в штабе 117 сд решали что предпринять. Отходить ли на восток вслед за колонной штаба ЮЗФ, воспользо­вавшись возможностью прорыва кольца окружения, или, дождавшись стрелковых полков, прорываться самостоятельно.

     В результате, 3-е отделение штаба, по­литотдел и часть 2-го отделения штаба остались в Пирятине, остальная часть штаба 117 сд во главе с начальником штаба капитаном Обушенко И.Ф. решила рискнуть и под прикрытием только немногочисленной роты охраны штаба прорва­ться из окружения, следуя позади колонн штаба ЮЗФ.

 

Вспоминает бывший начальник штаба 240 обс Костромитин С.Г.: 

… Начальник связи 117 сд капитан Грубов Д.Ф. приказал мне с малочисленным остатком связистов и техникой выбираться из Пирятина в южном направлении. Улицы города и переезд через железную дорогу были забиты брошенными автомашинами без горючего, шоферов в них не было.  

     Свои машины на руках перетащили через железнодорожную насыпь и выехали из города утром…

 

  

     После ухода из Пирятина штаба ЮЗФ и благополучно проследовавшей за ними через опасную зону - район переправы, небольшой колонны штаба 117 сд во главе с Обушенко И.Ф., враг снова замкнул кольцо окружения.

    

Вспоминает бывший начальник штаба 117 сд капитан Обушенко Иван Федотович:

Я из г. Пирятина   на машинах и даже кав.эскадрон, поехал за штабом фронта…Командиры штаба дивизии ехали со мной в легковой машине "Эмка", в ней так и висела парадная шинель полковника Герасимова…Но штаб фронта под прикрытием обрывов вдоль реки Сула (Удай), оставил машины, причем по при­казу генерал-полковника Кирпоноса воду с машин спустили, завели моторы так, что­бы вывести из строя все машины, пожаров не устраивать, в воздухе авиация против­ника….

…Когда штаб фронта оставил свои машины, я решил под огнем противника проскочить в дер.Песочная. Приказал завести машины к движению на дорогу, которую обороняли резерв фронта - офицеры от капитана до полковника…. 

…Только я двинулся от ком.фронтом, в это время мой друг по академии ведет колонну офицеров, все с винтовками "Симонова". Он мне рассказал, что будем в кю­ветах отбивать противника от дороги, которая ведет к дер.Песчанная (Песочная). Я решил, что в Беларуси я в двух местах прорвался из окружения, и дал команду "по машинам!"….

…Подхожу к машине, а в моей машине сидит полковник милиции и с ним женщина, раненая в ногу, просит довезти до ближайшего населен­ного пункта.

   Со мной вместе был раненый в левую руку командир полка 45 сд под­полковник Елин и зав.финансового отдела из г.Лубны. Подполковника Елина я взял в легковую машину, а комиссара штаба и других офицеров послал на два пикапа.

Были 3 грузовые машины полуторки с красноармейцами штаба и мощная радиостанция, о ко­торой я уже писал. С большой скоростью мы по дороге под огнем из расстояния ме­тров 300 противника потеряли только двух красноармейцев, ехавших на грузовых ма­шинах….

 …Завел моторы, одну полуторку вперед, сзади легковой пикапчик, в том числе и ма­шину с радиостанцией 21 армии, с которой передавал всю информацию.

   И вот на пол­ном ходу по дороге под огнем противника я всю колонну штаба 117 сд привел в Песчанная (Песочная), а там уже все начальство фронта в пешем строю. Набросились на машины, в частно­сти, генерал начальник связи отобрал машину с радиостанцией 21 армии….

…Радиостанция 21 армии все время до полного окружения штаба Юго-Западного фронта была со мной, пока не отобрал её генерал-майор Начальник связи фронта. У штаба фронта уже не было никакой радиостанции, он даже меня оскорбил, сказал, что он будет вызывать кав.корпус  (командира Романова) и связываться с Москвой….

...Я свою легковую машину спрятал в кустах….

  

     Через несколько часов в Пирятин стали прибывать сильно поредевшие стрелковые полки. Личный состав командного пункта дивизии, командир и комиссар дивизии все еще отсутствовали.



                              ПЕРЕГОВОРЫ 18.09.1941г. Котелков – Покровский.

 

- У аппарата ПОКРОВСКИЙ.

- КОТЕЛКОВ у аппарата. Тов.ПОКРОВСКИЙ, у меня есть данные от КИРПОНОСА и от МАЛИНОВСКОГО, полученные шифровками. Если у вас этих данных нет, то я вам сейчас их передам.

- Прошу, передайте от МАЛИНОВСКОГО. У меня есть кое-какие материалы, но не мешает знать, какие у вас.

- Есть. Хорошо. Передаю. Если будут повторения, тогда перебейте.

- Хорошо.

- Передаю по группе КИРПОНОСА на утро 17.09.1941г:

 21 армия вела бои на рубеже РЖАВЕЦ, ГМЫРЯНКА, ХИНКИ, ЛОСЫНОВКА, штаб ПОЛОВА;

37 армия БОБРИК, СЕМИПОЛКИ, ТАРАСОВИЧИ,КИУР,ВИШЕНКА, ПРОЦЕВ, штаб – КИЕВ;

26 армия в прежнем положении;

Выделенная от 26 армии сводная группа обороняет ЛУКОМЬЕ, ЧУДНОВЦЫ, ХИТЦЫ, БЕИМЧАНОВКА, ДЕЛЯКИ, в готовности этой группой наступать на ЛУРНЫ;

7 мсд в районе ПРИЛУКИ в готовности наступать на РОМНЫ;

40 армия на утро 18.09.1941г удерживает рубеж КОРЫШ, ТЕТКИНО, СТАЛИНО, ВОЗНЕСЕНСКА;

Группа БЕЛОВА на утро 18.09.1941г находится главными силами в районе ОЛЬШАНА, ЧЕРВОНА СЛОБОДА, БЕРЕСТОВКА с задачей сегодня действовать на РОМНЫ. Вчера развед/органы БЕЛОВА достигли восточной и южной окраины РОМНЫ, где захвачены пленные 3 тд. РОМНЫ занимаются противником неустановленной численности…

 

 

Вспоминает бывший командир саперной роты 240 сп мл.политрук Наумов Степан Кузьмич:

…Усталые, голодные, унылые 18 сентября мы пришли в г.Пирятин. Здесь немец уже замкнул кольцо окружения….

 

Вспоминает бывший командир 9 роты 275 сп мл.лейтенант Леженин Федор Иванович:

…Прибыли в Пирятино. Снова на душе повеселело, там столько было войск, мы думали: «Вот теперь пойдем в наступление!" Мы собрались комсостав полка, обменялись, кто чем мог, давали, кто что мог на об­мен. Бойцы арquot;, тиллеристы что-то стали зарывать, всевозможные приборы и т.д. А пе­хотинцы отрывали, брали себе на вооружение, не понимали, в чем дело.

   Немного позже комбат объявил: «Строиться 3-му батальону!" Построили батальон. Шагом марш на край города занимать оборону. Мы шли с комбатом во главе батальона, лошадей вели за поводья, и вдруг встречаем машину ЯГ-16. Комбат узнал старшину дивизии. Они были знакомы. Он ему сказал, что мост через Удай уже четыре дня взорван. Двигаться было некуда, мы оказались в окружении. Мы повели батальон на кирпичный завод, где был штаб 117 сд. Расположились под навесами. В этот момент большая группа немецких самолетов бомбила Пирятино….

 

Вспоминает бывший начальник штаба 240 обс Костромитин С.Г.: 

...Авиация противника вела активную разведку Пирятина…Когда мы были южнее города Пирятин, налетела немецкая авиация и ожесточенно бомбила город. Как потом стало из­вестно, от бомбежки особенно пострадал кирпичный завод! Капитан Грубов Д.Ф. погиб мученической смертью. Ему оторвало обе ноги. Он умер, истекая кровью….

 

По данным сайта ОБД: капитан Грубов Дмитрий Федорович, командир 240 обс 117 сд, 1905 года рождения, БашССР, пропал без вести в сентябре 1941 года…Жена – Грубова Татьяна Сергеевна, Свердловская обл.



 

                                                               ПЕРЕГОВОРЫ 18.09.1941г.

 

- Наш авиационный работник сейчас собирает данные авиаразведки. Приказал их немедленно передать вам. Наши рации находятся в пути. Прошу вас, потребуйте от рации оперативного пункта юго-западного фронта войти в связь с КИРПОНОСОМ – ТУПИКОВЫМ и получить обстановку. Доложите Никите Сергеевичу, что для выполнения его задания штаб ХАРЬКОВСКОГО округа послал командира. У меня пока всё…

 

     Наконец, в Пирятин прибыли подполковник Данилов, бригадный комиссар Архангельский, майор Максаков и другие бойцы и командиры из состава КП.


 

     К этому времени район Пирятина с востока был блокирован частями 3 тд немцев, а с юго-востока к городу продвигались части 9 тд из состава 1 танковой группы противника. Командование 117 сд решило пробиваться на юго-восток в направ­ление на Лубны. Тут же был организован отряд прорыва из наиболее боеспособ­ных подразделений 275 сп и добровольцев других частей. К вечеру отряд очистил от противника несколько населенных пунктов вдоль дороги Пирятин - Лубны, и части 117 сд, вырвавшись из города, двинулись на юг.


     Именно в Пирятине 18 сентября 1941 года произошёл случай, на мой взгляд один из  самых-самых, даже не знаю как это назвать.

 

Далее со слов Головко Василия Ивановича, жителя Пирятина:

 

...Несколько лет назад в беседе с Филькиным Анатолием Николаевичем, которому рассказывала эту историю его покойная бабушка, непосредственная свидетельница приведенных ниже событий. Чтобы  было понятнее, то в г.Пирятин Полтавской области по ул,Цыбаня №2 (это район бывшего кирпичного завода),где 18 сентября 1941 года находился штаб 117 СД, части которой в тот период заняли оборону от кирпичного завода до железнодорожной станции в основном по насыпи ж/д полотна на расстоянии примерно 1 км...

...Так вот, в тот период, когда войска ЮЗФ пытались в районе Пирятина вырваться с окружения, 117 СД заняла линию обороны: кирпичный завод - ж/д вокзал. Как раз между заводом и вокзалом находился комбинат хлебопродуктов, на котором работала Филькина.

 

     Утром один красноармеец вытащил пулемет и боеприпасы к нему на 50 метровую дымовую трубу комбината и почти до обеда в одиночку отражал нападение противника, который пытался на мотоциклах и пешим порядком прорваться через ж/д переезд в г Пирятин со стороны Яготин - Киев. Красноармеец в одиночку сдерживал нападавших немцев, пока последние не подогнали тяжелую бронетехнику и не сразили отважного защитника. Падая с высоты, полы его шинели развевались, как крылья подбитой птицы...

...В этот же день подразделение вермахта, захватившее город со всеми воинскими почестями с духовым оркестром, салютом, прощальным маршем похоронили этого неизвестного защитника города в городском парке, установили обелиск со звездочкой и ушли дальше. После них в город прибыли войска второго эшелона (предположительно румыны), которые разрушили обелиск.

     В 70-е годы на месте захоронения был построен райком партии. Останки воинов, в том числе и тех, которые были похоронены в 1943 г. примерно на месте захоронения красноармейца, были перенесены к городскому мемориалу.

     Пирятин первыми захватили развед/подразделения 45-й пехотной дивизии….



Вспоминает бывший красноармеец 222 оптд (322 лап) Акритов Диоген Кирьякович:

…В Пирятине было большое окружение наших войск. Фашисты нас загнали в болото, мы не могли пройти эти болота. Много погибло наших людей….

…Была бомбежка, а мы с Зидировым ехали на лошадях с задания. Только мы доехали до штаба, и вдруг начали нас бомбить самолеты….

…Я прижался к стене здания, спрыгнув с Орла, а Зидиров не успел спрыгнуть с ло­шади, и бомба упала рядом с ним и закопала вместе с лошадь….

…наверху воронки осталась только его фуражка, шашка и голова его лошади….

…Моя лошадь тоже погибла, она навалилась на меня, я еле-еле её оттолкнул и она упала.

Меня тоже засыпало, я стоял за конем, коня убило, а меня ранило оскол­ками. Если бы не конь, я тоже погиб бы….

…Сам был ранен в 4-х местах, контужен. Я оглох, бегал и кричал, искал друга, залез в воронку, нигде не было. Рука была ранена, не работала, а я руками раскапывал, думал, что найду друга….

…Меня ранило осколками в голову, ногу, руку, в подбородок, получил контузию и оглох. В но­ге был большой осколок, я его вместе с медсестрой вытянули, а в руке и подбородком так и остались на всю жизнь. В голове не было осколков, но кровь лилась. Меня перевязала медсестра Сусанна, так её называли, но это не наша мед­сестра. Мне кажется, я она была армянка, вообще была черненькая….

…Вдруг её ранило в пах, в ногу выше колена. Мне было никого перевязать. Мужчины не подходили. Она кричала, я не выдержал и подошел к ней. Взял бинты и перетянул, перевязал ей раненное место. Положил её на мягкое место.     Вдруг какой-то командир крикнул: "Разведчики, ко мне!". Я искал в это время своих товарищей, кто-то крикнул: "Акритов!", но я так и не нашел, т.к. подошел к офицеру и сказал, что я разведчик. Он нас 4-х отправил в разведку в Золотоношу, чтобы разведать что и как выйти из окружения. Но здесь была фашистская засада, мы нарвались на неё, это было ноч­ью, и нас всех избили как собак, потому что мы стали стрелять, и увели в плен….

   

Василий Иванович Головко:

...На счет находок, гранату и штык нашел чисто визуально на острове Масальский (г.Пирятин),  с которого выход только в болота! Нашел взорванную полуторку в болоте, лень выкопать, так же непонятную запчасть, в средине которой пуговица от морского кителя , возможно от Пинской флотилии  .

     И вообще остров Масальский, куда так же вел мост, был своеобразной ловушкой, куда немецкими переодетыми диверсантами направлялись наши подразделения, где уничтожались авиацией противника в реке Удай, в болоте, прямо стоя. По рассказам очевидцев, стояли красноармейцы, утонувшие при переправе. Так что такого добра, как мины, снаряды, патроны до сих пор свободно находятся...

...Остров Масальский, как можно выразиться, является составной частью города Пирятин и местом отдыха  его жителей. Имеет размеры протяженностью примерно три  километра и километр в глубину,  находится на восточной окраине города вдоль ул.Октябрьской (до войны Лубенской). Это та улица, по которой двигался, по всей видимости, Петров (речь идёт о лейтенанте Петрове, в последующем генерале Петрове В.С, авторе "Прошлое с нами" - http://militera.lib.ru/memo/russian/petrov_vs01/index.html) в сторону с. Малая Круча, где с его слов они вступили в бой во главе с неизвестным генералом от конца ул.до с.м.Круча примерно три километра.

     Остров разделяет Пирятин и с.Заречье. Выхода с острова нет, только болотом, преодолев речку, можно выбраться на другую сторону и выйти к селам Заречье и Высокое, где погибло и утонуло много людей.

     В доинтернетовский период из разговоров, конкретно уже не помню чьих, я знал, что переодетые в красноармейскую форму диверсанты под видом регулировщиков направляли наши войска через мост (самоназвание - мост Козина) на остров, потом вызывали авиацию, которая уничтожала на острове наши войска. Остров до сих пор полностью изрыт воронками, встречаются стреляные гильзы, целые патроны.

     Наличие диверсантов подтверждается Петровым дважды: первый раз, когда встретил в Пирятине кавалерийское подразделение в новой форме и в новом снаряжении на добротных лошадях (основная масса окруженцев была изрядно потрепана). Также в этот период в 40 км в районе Оржицы войска Костенко вступили в бой с переодетыми в красноармейскую форму войсками противника. Совпадение? Второй раз Петров столкнулся с переодетыми диверсантами, когда остановил в районе, кажется, Куреньки полуторку, выбросив пассажиров из кузова. А когда водитель и пассажир в кабине поняли, что везут не тех, под предлогом окончания горючего, сбежали. Как оказалось, эту полуторку преследовали контрразведчики.

     Дальше мост на остров Масальский был длинною метров 100, на другом конце моста на острове было несколько домов (хат), в том числе проживал очевидец, дед Козин. Он рассказывал мне, что, когда немцы загнали большое количество войск на остров, выход перекрыл бронетранспортер противника и мотоциклисты с пулеметами.

    Он был свидетелем, когда на остров заехала эмка в сопровождении военнослужащих войск НКВД, которые в районе старой дороги окружили эмку, никого не подпуская, даже командиров, прятали какие-то ящики (которые я пытался найти) - сейфы с документами ЮЗФ?

    Так же рассказал, что знает, где спрятана алюминиевая цистерна со спиртом (тоже не нашел). Дед Козин давно умер. На острове оставалось много автомашин с солью и обмундированием, сукном, в том числе несколько бронетранспортеров. Наличие одного бронетранспортера я еще помню. Ныряя в детстве возле разрушенного моста "Козина",  я видел дно, устланное штыками, винтовками. Донырнуть не смог, а когда вырос, то там уже ничего не обнаружил.

 

     Примерно в 60-х годах, когда у деда Козина сгорел сарай, то он полностью до верха был забит  шинельным сукном и солью. Наверное, с тех машин...

 

Дорога на Лубны оказалась блокированной фашистами, и колонне дивизии пришлось свернуть на проселок.

 

Вспоминает командир 3 батареи 321 озад Годун Владимир Демидович:

19 сентября прибыл в Пирятин. Паника. Обозы забили все входы и выходы. Переправиться через р.Удай невозможно. Решил прорываться на Лубны. Штаб армии не нашел. Созвал командиров. Объяснил обстановку. Поставил задачу. Из-под бомбежки вырвался с Пирятина. Дорога обстреливалась. Я с пулеметкой шел впереди. Заставил замолчать автоматчиков. Под обстрелом ехал километров 25. В грязи застряла пулеметка. Танки начали пристреливаться. Расстреляли все патроны и снаряды, подожгли оставшиеся машины, хотя и обидно было. Ушел в камыши. Вплавь переправились через болото и реку. Вымокли. Озябли. Переночевали в копне сена. Ноги окровавлены. Идти тяжело. Нужно пробиваться….

 

Вспоминает бывший шофер заместителя командира 240 сп по тылу майора Садовского красноармеец Миронов Иван Григорьевич:

Когда из Пирятино выехали, дорога была под обстрелом, командование организовало ну как бы назвать отряд для прорыва кольца, а мы с машинами стали прорываться, здесь мы прорвались. Потом ехали по проселочным до­рогам…. 

 

Вспоминает бывший командир 9 роты 275 сп мл лейтенант Леженин Федор Иванович:

…Тут я встретил комиссара батальона, старшего политрука. Хороший был человек, который пожал мне руку и сказал: "Вы при­няты в партию." Я поблагодарил его, и мы с ним больше не виделись.

   Батальон был построен, собрались обозы, другие батальоны, все смешалось, не поймешь, что к чему, и пошли на выход из города. Мы с капитаном (Штриголем) во главе колонны ехали на лоша­дях, с нами два коневода. Когда вышли из города на поле, капитан посылал конево­дов в разведку. Они возвращались, докладывали, что их обстреливали….

 

     В этот день ППМ 240 сп с отрядом прикрытия достиг района севернее горо­да Лубны. Немцев здесь не было. Удалось договориться с местными жителями и начать перевозку раненых на лодках на восточный берег реки Сула.

     Бои в районе Золотоноши не утихали, хотя кольцо вокруг города постепенно сжималось. Части 26 армии, теснимые танками противника, все дальше и да­льше отходили на север в район Оржицы. По-разному складывалась здесь судьба подразделений 117 сд.

 

Вспоминает бывший начальник штаба 321 озад лейтенант Рохманюк Михаил Дмитриевич.

…Спустя неделю я проходил со своей группой и через Вороньки и через Шумейково. Мы тоже попались на "Кременчугскую наживку" и кинулись с дивизионом туда, но дальше окраины Золотоноши не прошли, а потому оказались в отрыве от своей 21-армии, в Оржице с 26 армией….

…Мы повернули от Золотоноши на север.. Где-то между Драбов-Савинцы мы ока­зались в расположении штаба 26 армии, с которой и пытались пробиться на восток. Вечером 18 сентября мы пришли в Оржицу….

 

Вспоминает бывший красноармеец 240 обс Першин Василий Фомич:

…Когда мы отступали из района Золотоноши, рано утром на привале ребята за 9-10 км заметили, движутся наперерез нашего пути танк немцев, и если бы мы сразу поднялись, то успели бы ускользнуть и не попали бы потом в окружение. Но Быстраков туговат был на уши, и пока до него дошло, путь был отрезан. Он возглав­лял эту команду….

     Капитал Быстраков возглавлял команду при отступлении в районе Золотоноши, там были вторые эшелоны обозно-вещевого снаб­жения, медсанбат. После этого я его больше не видел….

     Старший пи­сарь Гришулин был преданный до последнего дня Родине и своему командованию боец….

  

 

 Вспоминает бывший врач ППМ 707 гап Рождественский Орест Георгиевич:

…После Золотоноши наш полк стали преследовать танковые десанты врага, и мы медленно, но верно отходили в "котел" в местечко Оржица на болотистой речке….

 

Вспоминает бывший зам.начальника штаба 275 сп по тылу ст.политрук Стрельцов Василий Григорьевич:

…Последние бои мы вели, обороняя Золотоношу, а не Пирятино…. Здесь и пре­кратилось организованное сопротивление….

…оставшиеся в живых, бросились в разные стороны. Со мной побе­жали в укрытие два офицера тыла. После выхода из окружения они были направлены в резерв тылов, мне приходилось на "веревочке" тянуть через линию фронта….


 

                                     ПЕРЕГОВОРЫ  ~ 23-00 18.09.1941г. Котелков.

- У аппарата генерал-майор КОТЕЛКОВ. Здравствуйте. Отвечаю. ПОДЛАС к исходу 18.09.1941г продолжал занимать рубеж КОРЫЖ, ТЕТКИНО, МИХАЙЛОВКА, /иск/ВОЗНЕСЕНСК. Особую активность противник в течение 18.09.1941 проявлял на участке БУРЫНЬ, ВОЗНЕСЕНСКА. Были установлены части 10 мд и части СС. БЕЛОВ(генерал-майор Белов Павел Алексеевич, командир 2-го кавкорпуса – прим.) к исходу 18.09.1941г должен был выйти на рубеж ВОЛКОВЦЫ, АЛЕКСЕЕВКА, что непосредственно восточнее РОМНЫ. Подтверждения о выходе на этот рубеж БЕЛОВА пока не имею. С ФЕКЛЕНКО(генерал-майор Фекленко Николай Владимирович, Командарм-38 – прим.) связь работает отвратительно и точных данных не имею. Известно было, что его части вели бои на рубеже РЕШЕТИЛОВКА, ТРОСТЯНЕЦ. Части КАМКОВА к исходу дня занимали рубеж ЛЕСОВКА, ШИШАКИ, ОСТАПЬЕ, РЕШЕТИЛОВКА. По данным авиаразведки в течение дня 18.09.1941г отмечался подход мотомехчастей противника в направлении КРЕМЕНЧУГ на север и скопление танков в районе НЕХВОРОЩ.

     От КИРПОНОСА точных данных нет. Было получено отрывочное донесение, поданное 18.09.1941г в 16.02, что части 21 армии продолжают вести сдерживающие бои с превосходящими силами противника на юг от ИЧНЯ. 67 ск ведёт бои на рубеже СЕКИЛИНЦЫ, южной окраины ИВАНИЦА, южная окраина РЕФЕЦ.

      Вот всё, что я имею об обстановке. Для связи с ФЕКЛЕНКО высланы делегаты от БЕЛОВА. Должны получить с минуты на минуту донесение, о чём будет донесено вам. У меня всё.

 

                                                          карта  сентябрь 1941г


Ф. Гальдер. 18 сентября, 89-й день войны. Обстановка вечером: 

В районе южнее Днепра наши части успешно продвигаются на восток. 17-я армия — у Полтавы. Южнее города войска успешно наступают. Натиск противника у Киева продолжается. По-видимому, Сталин отдал приказ стянуть к Киеву все силы, чтобы удержать город. Кажется, у противника большая неразбериха. Наблюдаются лишь разрозненные попытки прорваться в северо-восточном направлении. Русские по нескольким дорогам подводят свои войска от Харькова на Ромны. Первые атаки противника с востока у Ромны отражены.



#ffffffquot;seriffont-family:font face=/font
font-family:/i


.
Если Вы располагаете какими-либо сведениями о 117 сд, фронтовыми письмами, воспоминаниями, свяжитесь с автором - kazkad@bk.ru. Спасибо!

                         НОВАЯ ВЕРСИЯ САЙТА -      117sd.wmsite.ru
  117-я стрелковая дивизия 1-го формирования 2011 © Все права защищены  
Счетчик посещений
Победа 1945  
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS